Глядя на то, как мужчины-клиенты «раскрываются» на индивидуальной или групповой терапии, меня затапливает нежностью и ощущением сопричастности к таинству. До сих пор не могу к этому привыкнуть, каждый раз дух захватывает и очень трогает эта встреча с уязвимостью, то есть с признанием и предъявлением своей невозможности быть совершенным, безупречным и неподдающимся внешним воздействиям. Хочу про это рассказать, а также про свои мысли по поводу того, стоит ли предъявляться своей уязвимостью в обычной жизни.
Из моего терапевтического опыта у мужчин-клиентов, как правило, нет равномерного поступательного темпа в самораскрытии. Это обычное либо резкое, вызывающе демонстративное предъявление своей боли на первой же встрече подобно прыжку в холодную прорубь, с надрывом и внимательным отслеживанием моих реакций. Либо, что гораздо чаще, долгое, мучительно медленное приоткрывание дверцы души, боязливое и хрупкое. Типа как красивую бабочку ловить – чем больше стараешься, тем меньше шансов.
Замечаю, что большинство мужчин-клиентов делают вход в терапию через профессиональную сферу. Они любят разговаривать про свою работу. Похоже, эта тема самая безопасная, там больше про так называемую нарциссическую часть, про успехи и провалы, про трудности и вызовы. И постепенно в этой сфере вырисовывается пласт проблем в отношениях с коллегами, подчиненными, руководством. И тут уже, говоря языком гештальт-терапии, включается «невротическая часть» - про отношения, про семейные системы, папу, маму, партнершу, жену и, собственно, про свою уязвимость. Мужчина-клиент может полгода говорить о своей работе, и только после этого потихоньку переходить на себя и близких. Создание такого фундамента в терапевтических отношениях мне кажется закономерным и правильным, как подготовка опоры для самораскрытия в трудных темах.
Для меня представляет интерес такой вопрос – нужно ли предъявляться своей уязвимостью в обыденной жизни? Или есть смысл делать это только на терапии, в обстановке безопасности и принятия со стороны терапевта. Я думаю, в этом моменте сильно срабатывает влияние социальных норм и социальных ожиданий. Мужчина должен быть тверд, решителен и уверен в себе, он должен быть эффективен на работе, надежен в дружбе и стабилен в отношениях. Следование таким поведенческим стереотипам может блокировать проявление уязвимости, ведь она может считываться как слабость. И даже если мужчина готов эту слабость показывать, для многих людей видеть такую сторону в другом суть что-то невозможное. Например, для многих женщин это вообще табу. Они могут от головы постулировать, что ценят и поддерживают в мужчинах проявление слабости, но на уровне инстинктов и реакций тела чувствуют отторжение вплоть до тошноты. Тут свои семейные травмы, истории и «надо разбираться».
Лично мне вполне удается предъявляться уязвимостью в обыденной жизни, но я и мужчина специфический – у меня большой опыт личной терапии, я сам терапевт и вращаюсь в соответствующих кругах, где толерантность к различным проявлениям человеческого повыше. Для среднестатистического (ужасное слово) мужчины все же самыми безопасными для предъявления ситуациями, на мой взгляд, являются либо общение с очень близким человеком – партнером, супругой, либо посещение психотерапевта. Наверное, это правильно. Мы следуем правилам социальной игры, отыгрываем роли и соответствуем ожиданиям окружающих. Часто это залог успешной самореализации в обществе. Главное здесь не переборщить, не «схлопнуться» и давать возможность себе быть живым. А быть живым – это в том числе быть уязвимым.
Из моего терапевтического опыта у мужчин-клиентов, как правило, нет равномерного поступательного темпа в самораскрытии. Это обычное либо резкое, вызывающе демонстративное предъявление своей боли на первой же встрече подобно прыжку в холодную прорубь, с надрывом и внимательным отслеживанием моих реакций. Либо, что гораздо чаще, долгое, мучительно медленное приоткрывание дверцы души, боязливое и хрупкое. Типа как красивую бабочку ловить – чем больше стараешься, тем меньше шансов.
Замечаю, что большинство мужчин-клиентов делают вход в терапию через профессиональную сферу. Они любят разговаривать про свою работу. Похоже, эта тема самая безопасная, там больше про так называемую нарциссическую часть, про успехи и провалы, про трудности и вызовы. И постепенно в этой сфере вырисовывается пласт проблем в отношениях с коллегами, подчиненными, руководством. И тут уже, говоря языком гештальт-терапии, включается «невротическая часть» - про отношения, про семейные системы, папу, маму, партнершу, жену и, собственно, про свою уязвимость. Мужчина-клиент может полгода говорить о своей работе, и только после этого потихоньку переходить на себя и близких. Создание такого фундамента в терапевтических отношениях мне кажется закономерным и правильным, как подготовка опоры для самораскрытия в трудных темах.
Для меня представляет интерес такой вопрос – нужно ли предъявляться своей уязвимостью в обыденной жизни? Или есть смысл делать это только на терапии, в обстановке безопасности и принятия со стороны терапевта. Я думаю, в этом моменте сильно срабатывает влияние социальных норм и социальных ожиданий. Мужчина должен быть тверд, решителен и уверен в себе, он должен быть эффективен на работе, надежен в дружбе и стабилен в отношениях. Следование таким поведенческим стереотипам может блокировать проявление уязвимости, ведь она может считываться как слабость. И даже если мужчина готов эту слабость показывать, для многих людей видеть такую сторону в другом суть что-то невозможное. Например, для многих женщин это вообще табу. Они могут от головы постулировать, что ценят и поддерживают в мужчинах проявление слабости, но на уровне инстинктов и реакций тела чувствуют отторжение вплоть до тошноты. Тут свои семейные травмы, истории и «надо разбираться».
Лично мне вполне удается предъявляться уязвимостью в обыденной жизни, но я и мужчина специфический – у меня большой опыт личной терапии, я сам терапевт и вращаюсь в соответствующих кругах, где толерантность к различным проявлениям человеческого повыше. Для среднестатистического (ужасное слово) мужчины все же самыми безопасными для предъявления ситуациями, на мой взгляд, являются либо общение с очень близким человеком – партнером, супругой, либо посещение психотерапевта. Наверное, это правильно. Мы следуем правилам социальной игры, отыгрываем роли и соответствуем ожиданиям окружающих. Часто это залог успешной самореализации в обществе. Главное здесь не переборщить, не «схлопнуться» и давать возможность себе быть живым. А быть живым – это в том числе быть уязвимым.